Перевод-бюро Челябинск

О близости математики и поэзии высказывались многие просвещенные люди разных эпох.

Широко известный спор «физиков и лириков» времен хрущевской «оттепели», на мой взгляд, в большей степени надуман. Делить людей на право- и левополушарных - это примерно то же самое, что по-раз­ному относиться к левшам и правшам. Мне гораздо ближе другая точка зрения: талант, или «искра Божия» (если она есть, разумеется!), у всех людей, по сути, един (или едина), различны только формы его{ее) индивидуального проявления. А последние, в свою очередь, зависят от вида и условий деятельности конкретного одаренного человека.

Рискну привести несколько банальных примеров. Весна... Моло­дой человек влюбился. Переполняющие его чувства заставляют стре­миться к чему-то необыкновенному. Поэт пишет неземные стихи. Композитор - божественную музыку Скульптор воплотит свои пере­живания в камне. Спортсмен тоже может выразить себя: тяжелоат­лет поднимет рекордный вес, а шахматист сыграет лучшую партию. А что же «физики», неужели они остаются безучастными? Разумеет­ся, нет. Естествоиспытатель сможет «влюбленным взглядом» разгля­деть доселе нам неведомое свойство окружающей природы, а мате­матик - сформулировать доказательство новой теоремы! (Эварист Галуа в свою последнюю ночь перед трагической дуэлью сделал на­броски того, что позже назовут теорией Галуа!)

Где она -

Грань между прозой, поэзией.

Точной наукой?

Пойди ее выяви.

Связь эту, часто неясную... -

сетует поэт Леонид Мартынов в стихотворении «Мать математи­ка». Действительно, можно ли такую грань, разделяющую (или свя­зывающую?) физиков и лириков, установить?

По-моему, различие между физиками и лириками гораздо мень­ше, чем, например, между поэтами и романистами. Действительно, известная каждому формула А. Эйнштейна Б = тс2 скорее сродни стихотворной эпиграмме, а многотомное описание мушки дрозофи­лы - эпохальному роману. Подобные параллели можно продолжать сколь угодно долго, но это, пожалуй, тема совсем другой статьи...

Приступаю, наконец, к обсуждению вынесенной в заголовок темы «Язык и математика». Апеллирую к некоему абстрактному Гумани­тарию, который терпеть не может математики, но готов обсуждать предложенную тему и объективно оценивать доводы собеседника. Кстати, такие профессионалы-филологи есть.

Первое, что приходит на ум. это множество слов и выражений, «при­шедших из математики» в бытовую и литературную речь (Хотя, быть может, всё случилось как раз наоборот, и математики позаимствова­ли слова из языка литературы.). Помните, у Арсения Тарковского:

Мы - только под прямым углом. Наперекор один другому. Как будто не привыкли к дому

И в разных плоскостях живем...1

Здесь использование математических понятий вполне понятно.

обоснованно и оттеняет мысль автора.

У Осипа Мандельштама свое бережное отношение к терминам, которые и математическими-то, в полном смысле этого слова, уже не выглядят:

И я выхожу из пространства В запущенный сад величин, И мнимое рву постоянство И самосознанье причин.

 И твой, бесконечность, учебник

Читаю один, без людей -Безлиственный, дикий лечебник. -Задачник огромных корней.

 Вообще, в стихах многих поэтов проблескивает некий «сплав» математико-лирических выражений: «десятизначные леса» (О. Мандельштам), «дашшт интеграл» (А.Блок), «полотнищам пространств» (М. Цветаева)...

Разумеется, взаимодействие языка и математики не ограничи­вается перекрестным заимствованием понятий и терминов. Впро­чем, этот аспект достаточно поучителен, и я к нему еще вернусь. Гораздо интереснее попытаться проследить, что же специфическо­го может дать математика языку?

Сравнение объемов словарного запаса, частотный анализ (по­вторяемость и сочетаемость слов и выражений) позволяют иденти­фицировать автора того или иного литературного текста не хуже, чем дактилоскопическими методами. Правда, оговорюсь, что эта довольно трудоемкая, даже с помощью компьютера, процедура обыч­но применяется только к текстам, приписываемым классикам.

Бели анализировать стихотворение, «разъяв его, как труп», то в нем можно обнаружить много «скрытой» математики, преимуще­ственного элементарного комбинаторного характера: чередование ударных и безударных слогов, упорядоченная размерность длин строк, способы образования рифм и т.п.

 Кузьмин О.В.  Язык и математика и не только